Алекс Кем
Исчезновение
Карты небесных ручьёв-океанов
Будут пылиться, секреты храня,
После того, как негаданно - жданно,
Тихо исчезну в безвременьи я.
Рядом с остывшею чашкою кофе,
Стопкой останется скопище тайн:
Схемы маршрутов: "Подъём на Голгофу",
И алфавиты невыживших стран,
Два чертежа рукотворной Галлеи,
Атлас пространств, где кончается твердь,
Список безумных идей на неделю ,
С парой квитанций за включенный свет,
Встанут навечно часы заводные,
А в уголке, между стен-потолков,
Тенью бессмертья впадёт в летаргию
Друг безответный - паук-мухолов,
И ни движенья... лишь утром туманным,
В чашечку кофе, сквозь выжитый смог,
Будет, как в зеркало, сонно - печально,
С неба смотреться придуманный Бог.
Настенные календари
Эти числа похожи на узелки,
Год закатный пронумерован,
Галкой грифельной, выведен, так, от руки
День прожитый... наверно не мною.
Нет расчёта, уснула слепая корысть,
Это просто взросления игры:
Посчитай двадцать дат до желанного "икс",
Отсчитай тридцать дат после "игрек"
Хэй, любовь, что ты скажешь? Я сам не пойму,
Кто из нас был надеждой слепою ?
Так смешно... аж до слёз, быть совсем одному,
И так горько, до смеха, с тобою.
Впрочем к чёрту, представим: разлуки легки,
Постоянства, не знают пространства,
Всё равно ведь, ты знаешь... Да знаешь, не лги,
Мы не сможем друг другу признаться,
В том что страшно... когда вдруг заря декабрит,
Ветер старым разбойником в окна,
И слетают настенные календари,
Разноцветной листвой новогодней.
Нищенка-осень
Нищенка-осень
стоит у дверей,
В юбке цыганской,
расцветкой рябою,
Что тебе осень ?-
-Скажи поскорей,
Времени нет
на беседы с тобою.
Может быть хлеба ?
Так это пустяк,
Вот полбуханки,
за взор твой потухший,
Сам я могу
эту ночь натощак,
Живы поэты
не хлебом насущным.
Нет, не берёт,
знать не так голодна,
Взгляд свой воротит,
больная сестрица,
Вот что, а может
бутылку вина ?-
-Слякоть, промозгло...
ну как не напиться...
Тоже не надо ?
Чёрт подери !
Может стихи,
развлечения ради ?
Вовсе не жаль мне,
давай, забери,
Дней опостылевших,
в клетку тетради.
Ты отвечай,
душу мне не трави
Стали и так
дней тоскливее, ночи
Может быть...
Осень... а хочешь любви ?
Нет и любви она
тоже не хочет.
Что же мне делать
с тобой... Ну дела !
Деньги возмёшь ?
Иль одежду посуше ?
Осень внезапно так,
взгляд подняла,
И голосом тленным
ответила :
"Душу !"
Здравствуй
Здравствуй Мир,
через сотни
молитв
при свечах,
Обезличенный
жизнью
чужбинной,
Я пришёл Мир,
я здесь,
ну скорее,
встречай,
Нет, не ангела... -
-блудного
сына.
Можно Мир,
мне с тобой
там где зарева
дрожь
Посидеть,
наслаждаясь
прохладой,
Знаешь Мир,
это странно,
но кажется
всё ж,
Будто счастье
опять
где-то рядом.
Мир не надо,
я скромен,
к чертям
пьедестал,
Не поэт я -
- певец
настроений,
Мне бы лишь
окунуться
в рассветную
даль,
Мне бы в краски
осенние -
- тенью.
И небесной
росой
смыть печали
печать,
Я пришёл Мир !
смешной
и отважный,
Может жить-
- не тужить,
может быть
умирать,
А что именно...
это...
не важно.
Стихокардия
Стоит мне лишь закрыть глаза, моё неуёмное воображение, рисует мне одну и ту же картину : непроницаемая тишина операционной, на столе болезненно-стерильного цвета, шахматная доска, за ней два человека. Я и Пушкин.
Я решительно двигаю своего ферзя на Е8, и поставив меланхоличному эфиопу саечку за испуг, горделиво провозглашаю : "Вам мат, Александр Сергеевич. Обыкновенный русский мат."
Гаснет свет,
уменьшается
пульс,
у хирурга
в зубах
сигарета...
Знаешь, странно,
но я
не боюсь...
Только жаль
недопетого
лета
Пьяный врач,
в формулярах
потерь,
накалякает,
мля,
на латыне,
мол подох,
констатирую
смерть
и диагнозом :
"Стихо-
кардия"...
Гавриил громко крикнет не спящим :"атас",
Перекрыв райских птиц пошлый щебет.
На чужих золотых пропиликало час,
Раздвигайте мне шторы на небе.
Открывайте мне люки. Душой натощак,
Я про райскую жизнь слышал где-то...
Очерню. Это плёво, привычный пустяк
Для родившихся в год "не поэта".
Колокольным отливом среди тленных стен...
Это два. Знаешь слышал, молвою,
Что на небе всё также : Париж и Биг-бэн,
Только кажется вниз головою
Сто замочков вошьют мне зароком в груди,
Сто заклёпок в глаза приварганят,
Я зашитый, прошитый и с Богом на "ты"
Говорю... будто ёжик в тумане.
Но теперь-то нам встретится вышла пора,
В этом сладость прирученной смерти,
Никому не болтай : Он прислал мне вчера,
полФелинни в почтовом конверте
Миакардом рифмуется сердце внутри,
Очевидно потехи лишь ради.
Где-то вороны каркнули ласково "три"
Потушите фонарики .....
Акушер,
весь небрит,
алиментная мразь,
тесаком
пуповину
в четыре.
И запишет,
сквозь зубы,
слюняво смеясь:
"он родился.
Стихо-
кардия."